Александр Павлов: «Природе лучше не мешать»

Художник Александр Павлов часто пишет с натуры. Это не так-то просто: за 15-20 минут, пока цветовая гамма не изменилась, нужно уловить оттенки облаков и травы, обозначить контуры ближайших деревьев. Из небольших этюдов рождаются большие художественные полотна. Некоторые из них представлены на выставке «Очарование русского пейзажа», открывшейся в Ханты-Манйсийске в Доме-музее В.А.Игошева.

№83 (5060)
18.05.2010
Владимир Макаров

«Вы знаете, что яркую зеленую траву можно увидеть даже осенью, когда листва на деревьях уже желтая? — спрашивает художник, пригласивший меня в свою мастерскую. — Я как-то написал подобный этюд, но приятель усомнился в его правдоподобности. На самом деле никакой выдумки. На поле рос клевер, его скосили, и наверх пробилась ярко-зеленая травка. Такие цветовые сочетания рождаются только в природном окружении».

Для создания картины «Золотая осень. Вечер» (после престижной выставки в Санкт-Петербурге ее приобрел Государственный Русский музей) Александр Павлов использовал целую серию этюдов. Толчком послужило наблюдение, сделанное на природе: луч солнца пробился сквозь тучи и лег на траву у самой кромки начавшего желтеть леса.

Художник любит писать и зиму (одних оттенков снега — огромное количество!), и виды русской деревни. Его, как и многих, беспокоит запустение российского села. Эта тема нашла отражение в новой этапной работе мастера «Где-то в Сибири», представленной на выставке в Ханты-Мансийске. Огромное заснеженное поле, желтый закат и следы человека, идущие к виднеющейся на горизонте деревушке. Дымок из трубы вьется лишь над одним-единственным домом… В живой, населенной деревне печи всегда топятся дружно.

На выставке в Ханты-Мансийске показано около 40 крупных полотен и порядка 30 небольших, как говорит художник, «камерных» пейзажей. «Вокруг выставки сразу сложилась доброжелательная атмосфера, посетители проявили к ней большой интерес», — подчеркивает Александр Павлов, выражая признательность директору Дома-музея В.А.Игошева Светлане Скориковой.

Обычно художник работает над картинами в своем загородном доме, находящемся в соседней Свердловской области, много этюдов сделано и в разных уголках Тюменской области. Александр Павлов уже выставлял свои картины на выставках в Когалыме и Сургуте, так что у него давнее знакомство с Севером.

«Профессионалы до сих пор спорят о том, что такое пейзаж, — поясняет Александр Павлов. — Он бывает разных видов. Когда-то я писал индустриальные пейзажи: разбуженная тайга, магистрали, трубы, небо, люди. Есть также видовые пейзажи (туманные дали, красивые дома, реки) и батальные.

Существует еще и лирический пейзаж настроения, ведь мы часть природы, и через ее описание можно тонко выразить свое настроение и поделиться им с другими. Здесь важно все: сочетание тонов и полутонов, динамика изображения, время суток. Пусть на меня не обижаются некоторые мои коллеги по цеху, но написать пейзаж, который бы трогал душу зрителя, подчас гораздо сложнее, чем тематическую картину, в которой есть более понятный сюжет.

А в пейзаже важно настроение. О чем говорит, например, «Владимирка» Левитана? Низкое небо, огромная плоскость земли, а прямо по центру — уходящая вдаль проселочная дорога. Вдали на обочине виднеется человеческая фигурка. Когда смотришь на эту картину, погружаешься в атмосферу грусти, безысходности, ощущения чего-то большого и сложного».

«В постижении явлений природы и мира нельзя опираться на одни лишь эмоции», — считает Александр Павлов. На мой вопрос о реальности глобального потепления (вдруг оно уже заявляет о себе некоторым изменением форм и окраски растительности, и это видно профессиональному наблюдателю?) художник не торопится дать ответ. «Чтобы рассуждать о реальности этого явления, — говорит он с научной четкостью, — нужно проводить временной мониторинг в разных точках земли. Требуется много информации, и это дело не одного ума… Есть такое свойство в природе — вечное обновление. Если ей не мешать, относиться к ней грамотно и с любовью, она вылечит, восстановит и себя, и человека».