Сургутские нефтяники зажигают

Сегодня в нефтяной столице Среднего Приобья — знатный праздник. Прославленный “Сургутнефтегаз” отмечает 30-летие.
Нефть в Среднем Приобье начали добывать, конечно, значительно раньше. Знаменитый Усть-Балык открыли еще в октябре 1961-го. Год спустя распечатали Западно-Сургутское месторождение, а весной 1963-го — Северо-Сургутское. Усть-Балыкский фонтан — 800 тонн черного золота в сутки! — по сути и предопределил судьбу нынешнего юбиляра. 12 декабря 1963-го Совет Министров РСФСР постановил: образовать нефтепромысловое управление “Сургутнефть” в Сургуте. Его руководителем стал Рафкат Мамлеев. Это он 16 марта 1964-го подписал первый приказ: “Приступаю к исполнению обязанностей главного геолога с временным исполнением обязанностей начальника нефтепромыслового управления”.
В нефтепромысловом управлении еще только рассматривали штатное расписание, составляли смету расходов, не было даже своего счета в банке, а конкретная задача была уже поставлена: в мае, край-конец в начале июня дать стране первую промышленную нефть! Сразу же началось создание двух нефтепромыслов. В Башкирии, Татарии, Куйбышевской области формировались отряды добровольцев, горевших желанием работать на таком необжитом, но таком притягательном Тюменском Севере.
Здесь, как когда-то в Комсомольске-на-Амуре или на горе Магнитной, все начиналось с первого колышка, с палатки, с обеда на костре. Спать зачастую приходилось там, где оказывалось свободное место. Все как у Ильфа и Петрова: “Спи скорее. Твоя подушка нужна другому!” Сплошные проблемы: и жилье, и питание, и оборудование, и механизмы, и люди. Но, как бы то ни было, уже 26 мая в Омск по Оби впервые отправили две нефтеналивные баржи. С долгожданной северной нефтью. До конца года страна получила 209 тысяч тонн сургутского черного золота.
В октябре 1967-го начался новый этап в истории “Сургутнефти”. За год с небольшим между Усть-Балыком и Омским НПЗ легла тысячекилометровая труба. С ее пуском добыча нефти из сезонной превратилась в постоянную.
(фото2)Много чего случилось за чертову дюжину доисторических лет нынешнего “Сургутнефтегаза”! Из состава “Сургутнефти” выделились новые нефтепромысловые управления: “Мегионнефть”, “Юганскнефть”, “Правдинскнефть”... Но, несмотря на это, добыча нефти возросла почти в сотню раз. Благодаря нефти рос и стольный град Сургут. В 1977-м он не был уже той самой малой землей, к которой можно было добраться лишь по воздуху и воде. Через Обь перекинулся железнодорожный мост. Население Сургута за эти годы увеличилось в десять раз — до 80 тысяч. В городе появились домостроительный комбинат, Сургутская ГРЭС, сжигавшая в топках попутный нефтяной газ. Оборотистые руководители, понимавшие, что не нефтью единой жив человек, выкраивали из несметных средств, выделяемых на освоение месторождений, кусок и на развитие социальной сферы, вводя под видом административных зданий спорткомплексы и бассейны.
Весной 1977-го правительство СССР занялось повальным укрупнением производств. В машиностроении, энергетике, химической, добывающей промышленности создавались мощные производственные объединения. Одно из таких объединений было создано в Сургуте. Местом действия “Сургутнефтегаза” была определена “территория Сургутского района по правому берегу Оби”.
Владимир Богданов, вот уже почти четверть века возглавляющий “Сургутнефтегаз”, 30-летнюю историю компании делит на три этапа. Первый этап — планово-директивный. Тогда мало говорили о конъюнктуре мировых цен, а принципы руководства отраслью, по мнению нефтяного генерала, порой были лишены всякой логики. Нефтяникам спускались растущие год от года планы добычи, которые приходилось выполнять любой ценой. При этом профессионалы прекрасно понимали, что очередной рапорт о добыче рекордных тонн к очередному съезду всегда чреват потерями в будущем. Согласно тем же директивам “Сургутнефтегаз” передавал свои месторождения вновь создаваемым “Ноябрьскнефтегазу” и “Когалымнефтегазу”. Итогом того этапа стала рекордная добыча — 67,5 млн. тонн нефти в 1984-м.
Второй этап Владимир Богданов называет перестроечным. Причем не только потому, что в стране началась перестройка. Спад в отрасли был неминуем. Падение мировых цен, переход на рыночные рельсы, общий кризис в экономике страны привели к тому, что падение темпов добычи стало очень стремительным. Ведь если стабильно не вводить в эксплуатацию столько же запасов, сколько добываешь, то лет через пять наступает неминуемый спад добычи. Своей нижней точки темпы добычи в стране достигли в 1996- м. Сургутские нефтяники извлекли тогда 33,3 млн. тонн.
Тот 1996-й стал точкой отсчета для третьего этапа. И не потому, что это был первый полноценный год хозяйствования в новом акционерном статусе. Просто в тот год “Сургутнефтегаз” вернулся на уровень добычи, с которого начинали в 1978-м. Но эти 18 лет Владимир Богданов не намерен вычеркивать из жизни компании. За эти годы удалось определить четкие принципы ведения деятельности независимо от ценовой конъюнктуры и сегодняшних доходов и, едва ли не самое главное, сформировать уникальную команду профессионалов, способную анализировать и не повторять своих и чужих ошибок.
То, что за последние десять лет юбиляр практически удвоил добычу нефти и вновь вышел на максимальный уровень, — реальное тому подтверждение. Первый такой рывок “Сургутнефтегаз” совершил за семь лет — по 1984 год. Но в те годы государство наращивало запасы, создавало инфраструктуру, занималось многим из того, что спустя два десятилетия стало делом самих компаний.
В Сургуте, как когда-то в Комсомольске-на-Амуре или на горе Магнитной, все начиналось с первого колышка, с палатки, с обеда на костре. Спать зачастую приходилось там, где оказывалось свободное место. Все как у Ильфа и Петрова: “Спи скорее. Твоя подушка нужна другому!” Сплошные проблемы: и жилье, и питание, и оборудование, и механизмы, и люди. Но, как бы то ни было, уже 26 мая в Омск по Оби впервые отправили две нефтеналивные баржи. С долгожданной северной нефтью. До конца года страна получила 209 тысяч тонн сургутского черного золота.
В октябре 1967-го начался новый этап в истории “Сургутнефти”. За год с небольшим между Усть-Балыком и Омским НПЗ легла тысячекилометровая труба. С ее пуском добыча нефти из сезонной превратилась в постоянную.
Много чего случилось за чертову дюжину доисторических лет нынешнего “Сургутнефтегаза”! Из состава “Сургутнефти” выделились новые нефтепромысловые управления: “Мегионнефть”, “Юганскнефть”, “Правдинскнефть”... Но, несмотря на это, добыча нефти возросла почти в сотню раз. Благодаря нефти рос и стольный град Сургут. В 1977-м он не был уже той самой малой землей, к которой можно было добраться лишь по воздуху и воде. Через Обь перекинулся железнодорожный мост. Население Сургута за эти годы увеличилось в десять раз — до 80 тысяч. В городе появились домостроительный комбинат, Сургутская ГРЭС, сжигавшая в топках попутный нефтяной газ. Оборотистые руководители, понимавшие, что не нефтью единой жив человек, выкраивали из несметных средств, выделяемых на освоение месторождений, кусок и на развитие социальной сферы, вводя под видом административных зданий спорткомплексы и бассейны.
Весной 1977-го правительство СССР занялось повальным укрупнением производств. В машиностроении, энергетике, химической, добывающей промышленности создавались мощные производственные объединения. Одно из таких объединений было создано в Сургуте. Местом действия “Сургутнефтегаза” была определена “территория Сургутского района по правому берегу Оби”.
Владимир Богданов, вот уже почти четверть века возглавляющий “Сургутнефтегаз”, 30-летнюю историю компании делит на три этапа. Первый этап — планово-директивный. Тогда мало говорили о конъюнктуре мировых цен, а принципы руководства отраслью, по мнению нефтяного генерала, порой были лишены всякой логики. Нефтяникам спускались растущие год от года планы добычи, которые приходилось выполнять любой ценой. При этом профессионалы прекрасно понимали, что очередной рапорт о добыче рекордных тонн к очередному съезду всегда чреват потерями в будущем. Согласно тем же директивам “Сургутнефтегаз” передавал свои месторождения вновь создаваемым “Ноябрьскнефтегазу” и “Когалымнефтегазу”. Итогом того этапа стала рекордная добыча — 67,5 млн. тонн нефти в 1984-м.
Второй этап Владимир Богданов называет перестроечным. Причем не только потому, что в стране началась перестройка. Спад в отрасли был неминуем. Падение мировых цен, переход на рыночные рельсы, общий кризис в экономике страны привели к тому, что падение темпов добычи стало очень стремительным. Ведь если стабильно не вводить в эксплуатацию столько же запасов, сколько добываешь, то лет через пять наступает неминуемый спад добычи. Своей нижней точки темпы добычи в стране достигли в 1996-м. Сургутские нефтяники извлекли тогда 33,3 млн. тонн.
Тот 1996-й стал точкой отсчета для третьего этапа. И не потому, что это был первый полноценный год хозяйствования в новом акционерном статусе. Просто в тот год “Сургутнефтегаз” вернулся на уровень добычи, с которого начинали в 1978-м. Но эти 18 лет Владимир Богданов не намерен вычеркивать из жизни компании. За эти годы удалось определить четкие принципы ведения деятельности независимо от ценовой конъюнктуры и сегодняшних доходов и, едва ли не самое главное, сформировать уникальную команду профессионалов, способную анализировать и не повторять своих и чужих ошибок.
То, что за последние десять лет юбиляр практически удвоил добычу нефти и вновь вышел на максимальный уровень, — реальное тому подтверждение. Первый такой рывок “Сургутнефтегаз” совершил за семь лет — по 1984 год. Но в те годы государство наращивало запасы, создавало инфраструктуру, занималось многим из того, что спустя два десятилетия стало делом самих компаний.

Добавить комментарий

Обязательными к заполнению являются поля «имя», «комментарий» и «поле для ввода символов с картинки».

После прохождения модерации, ваш комментарий будет доступен для просмотра.

Причины, по которым может быть удалён комментарий, читайте здесь.

Ваше имя: Ваш адрес электронной почты: Комментарий:

← Введите символы: